12.04.2013 07:28

А.А.Никонов: Проблема Великого Восточно-Сибирского землетрясения (М=8.2): прозрение или заблуждение классиков отечественной сейсмологии.

Категория: Проблемный Совет "Сейсмичность Земли, природные и природно-техногенные катастрофы", Анонсы Проблемный Совет "Сейсмичность Земли, природные и природно-техногенные катастрофы"

18 апреля 2013 г. (четверг) в 14:00 состоится заседание проблемного Совета "Сейсмичность Земли, природные и природно-техногенные катастрофы".

На повестке дня доклад А.А.Никонова (ИФЗ РАН, г.Москва) Проблема Великого Восточно-Сибирского землетрясения (М=8.2): прозрение или заблуждение классиков отечественной сейсмологии.

Тезисы доклада:

1. Байкальская рифтовая система (БРС) известна как активная сейсмическая область с высоким сейсмическим потенциалом. Mmax определяется 8.2±0.7 землетрясением 1725 г. в северо-восточной части региона [Новый…, 1977]. Выделение такого экстремального события, с самого начала сделанное в предположительной форме, основывалось на разрозненных фактах сейсмологического и исторического характера, умозрительно соединенных. В настоящее время основания выделения землетрясения с такими параметрами, тщательно рассмотренные каждое в отдельности, теряют силу настолько, что событие должно быть исключительно из каталога. Для принятого в ОСР-12 варианта по «Специализированному каталогу» обоснования отсутствуют.

2. До сих пор период с конца XVII до конца XVIII вв. сейсмологами сколько-нибудь внимательно не рассматривался, источники не изучались. Для прояснения сейсмической ситуации в БРС в конце XVII – начале XVIII вв. докладчик, частично с двумя коллегами, впервые вводит в оборот забытые исторические источники, в первую очередь труды И.Г. Гмелина (1752) и И. Георги (1772), а также свидетельства царского посланника в Китай И. Идеса (1703, 1789) и пересмотренные сообщения 98-летнего старожила из Нерчинска (1779).

3. Внимательный анализ и сопряжение прежних и вновь обнаруженных сведений исторических, палеосейсмогеологических и геолого-структурных, с учетом действующего поля напряжений ведет к совершенно новому решению вопроса о максимальном «Великом» землетрясении в Восточной Сибири. По полученным для нескольких пунктов макросейсмическим определениям намечена эпицентральная зона и вероятная интенсивность крупного события в конце XVII в. Несколькими способами оценена его магнитуда. Осторожные оценки силы события приводят к значениям I≥X, M≥7.8, между тем как в намечаемой эпицентральной зоне за последние 200 лет значится всего несколько событий с М 5 и только два с М 5.5.

4. Выделение в Баргузинском секторе БРС новой, крупной сейсмоопасной структуры (1), в ней – сибирскими исследователями – мощных палеосейсмодеформаций голоценового времени (2) и намеченной автором эпицентральной области события 1693 г (3) ведет к необходимости серьезного уточнения сейсмического потенциала и сейсмической опасности по сравнению с действующими и подготовленными нормативами. Открываются перспективы и возникает необходимость постановки целеустремленных заблаговременных исследований по специальной программе.

5. Допущение В.П. Солоненко и Н.В. Шебалиным 46-35 лет назад возникновения в БРС землетрясения с М 8.2(±0.7), I=XI(±1.0) можно считать прозрением, конкретные предложенные ими параметры такого события – заблуждением. Намеченный мэтрами подход в виде совместного и согласованного анализа структурно-динамических факторов (1), палеосейсмологических данных во всем их разнообразии (2) и результатов инструментальных сейсмических наблюдений с учетом их ограниченности по срокам (3) – это надежный и перспективный путь к новым решениям, теоретическим и практическим, вообще и в БРС, в частности.